Матери-одиночке с неизлечимо больным сыном грозит тюрьма. Она просто пыталась продать лишнее лекарство

Екатерина Коннова — мать двоих детей, младший из которых страдает от тяжёлых хронических заболеваний. Купив дорогое лекарство для сына и не использовав его до конца, она решила продать остатки ниже закупочной цены через сеть «ВКонтакте». Теперь ей грозит до восьми лет: свободный оборот препарата запрещён. Благотворители и журналисты бьют тревогу: без матери шестилетнему Арсению просто не выжить.

Историю, которая случилась с Екатериной Конновой, матерью-одиночкой, которая растит двоих детей — шестилетку и пятнадцатилетнего подростка, — рассказала в фейсбуке заместитель директора детского хосписа «Дом с маяком» Лида Мониава.

Шестилетний Арсений страдает сразу от нескольких тяжёлых врождённых заболеваний, в том числе эпилепсии. Он нуждается в постоянном уходе: даже покормить его — серьёзная проблема. Самое страшное — постоянные боли и повторяющиеся судорожные припадки. Чтобы остановить их, нужен достаточно распространённый, но дорогой препарат — диазепам.

Диазепам быстрее усваивается, если ставить ребёнку микроклизмы. Во время приступов это очень важно: у Арсения хрупкие кости, из-за судорог он может сам себе нанести серьёзную травму. Но микроклизмы не сертифицированы в России: по квотам их не выдают и в обычных аптеках их купить невозможно. Приходится выкручиваться: покупать лекарство через интернет по 1 тысяче рублей за одну дозу.

По совету специалистов из детского хосписа Екатерина перевела Арсения на другую форму препарата, которую можно бесплатно получить в аптеке по квоте. Оставшиеся от нескольких упаковок пять микроклизм она предложила купить незнакомому человеку за 3 250 рублей, списавшись с ним в сети «ВКонтакте». После передачи лекарства в обмен на деньги её задержала полиция.

В постановлении о возбуждении уголовного дела следователь Мещанского ОВД лейтенант Иванов написал, что Екатерина хранила «вещество с целью незаконного сбыта».

С целью реализации своего преступного умысла Коннова Е. А. незаконно хранила указанное психотропное вещество с целью незаконного сбыта за денежное вознаграждение 3 250 рублей, имеются достаточные данные, указывающие на признаки преступления.

Екатерина Коннова рассказала Medialeaks, что люди, которые провели «контрольную закупку» и задержали её, вели себя так, как будто были не в курсе её жизненной ситуации. Они обращались с ней как с преступницей или наркоманкой.

Меня посадили в машину, спросили, сколько лет я наркоманка, чем я колюсь, что я употребляю. Наверное, это стандартные вопросы, которые задают торговцам наркотиками. Я долго не понимала, что происходит, и спрашивала, что они от меня хотят, кто они такие и почему задают такие вопросы. Голос они не повышали, но сразу сказали, что диазепам — это не лекарство, это наркотик, который включён в список запрещённых препаратов.

По словам Екатерины, она сказала полицейским, что дома её ждет тяжелобольной ребёнок и ей обязательно нужно попасть домой, потому что с Арсением сидит почасовая няня, которая должна уйти. В ответ на это женщина услышала: «Знаем мы таких мам». Не сразу, но матери всё-таки разрешили позвонить няне и предупредить её о случившемся.

Следователь возбудил дело по самой популярной в России уголовной статье — 228.1, часть 1 «Незаконные производство, сбыт или пересылка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов». По этой статье предусмотрено наказание от 4 до 8 лет лишения свободы. До передачи дела в суд в качестве меры пресечения была выбрана подписка о невыезде. Когда Екатерина вернулась на допрос к следователю с толстой папкой медицинский документов, он сказал, что ему это не интересно.

В принципе, для наркодилера со мной очень мягко и спокойно обращались. Так что ничего плохого о полиции в этом отношении я сказать не могу. Единственное, было неприятно, что я пыталась что-то объяснять, а они меня перебивали и всё равно не слушали. Они, наверное, выполняли свою работу. С другой стороны, они нашли меня на сайте об эпилепсии, где продают и покупают лекарства такие же обычные мамы. Видимо, они решили выполнить таким образом свой план по раскрытию преступлений. Они сами сказали, что есть лекарства ещё и похуже, которые там же продают.

Человек, который связывался с Екатериной, чтобы купить у неё пять микроклизм с диазепамом, сделал это через «ВКонтакте». Объявления о продаже лекарств можно найти в различных группах в соцсетях и на форумах, которые объединяют родителей, чьи дети страдают от тех или иных тяжёлых заболеваний. Одно из таких сообществ — «Дети-ангелы».

Читайте на Medialeaks: Рыбак заметил в океане красивую фарфоровую куклу. Но когда «кукла» вдруг запищала, действовать пришлось быстро

Здесь на свой страх и риск родители обмениваются, продают и покупают различные препараты, необходимые тем, кто страдает от ДЦП и эпилепсии, в том числе противосудорожные. Именно к такому классу лекарств относится «Диазепам Деситин». На форуме сайта «Дети ангелы» ему посвящёна целая ветка, в которой каждый день появляются новые сообщения. Люди делятся опытом, задают вопросы, ищут нужные формы лекарства.

На сайте также есть раздел для продажи лекарств, но он закрыт для тех, кто не зарегистрирован.

Диазепам продаётся в аптеках совершенно легально, но в продаже нет препарата от лучших производителей, а кроме того — его нет в нужных формах. Например, есть ампулы для инъекций, а клизм нет. Поэтому продавать лекарства из рук в руки — это вынужденная распространённая практика, утверждает Лида Мониава.

Родители делают это, чтобы помочь своим детям, потому что сидеть сложа руки, когда твой ребёнок корчится в судорогах, просто невозможно, а на сложную форму эпилепсии те лекарства, что есть в России, просто не действуют. Получается, что наша страна сама толкает родителей детей-инвалидов на такое «преступление».

В истории с Екатериной полицейский под прикрытием использовал форум, чтобы провести контрольную закупку «запрещённого вещества». В какой-то момент женщина заподозрила что-то неладное.

Со мной связался молодой человек, сначала мы с ним переписывались, потом созванивались и договаривались. Меня очень удивило, что он не интересовался, зачем у меня препарат. Обычно родители, которые покупают такие вещи, спрашивают друг друга — что, где, у кого, как. Я поинтересовалась, чем болен его ребёнок, на что получила ответ, что он не знает, потому что его попросили купить лекарство и привезти.

Но времени, чтобы подумать дважды, у Екатерины не было. Несмотря на то что цель, для которой мать Арсения покупала диазепам, прежде чем продать, была очевидна, сотрудники полиции, которые проводили операцию по закупке и задержанию, во внимание её не приняли.

Главная проблема для Екатерины Конновой теперь — что будет с Арсением, если уголовное дело не будет прекращено, а доведено до суда именно по той статье, которую ей вменяют.

Я даже не хочу об этом думать. Дом инвалидов. У меня родители не такого возраста и не такого состояния, что они смогут справиться с Арсением, потому что бывают периоды, когда он не спит 24 часа, а мучается от боли. Мама мне не отказывала, но я даже не буду этого предлагать — она не сможет с этим справиться.

Арсений требует круглосуточного ухода. В доме Екатерины есть реанимационная техника, она сама исполняет роль не только матери, но и медсестры. Без опеки родного человека, считает Лида Мониава, мальчик погибнет.

Сейчас Екатерине помогает фонд «Дом с маяком»: предоставляет необходимое оборудование, помогает с лекарствами, подгузниками и питанием. Моральная поддержка приходит от духовника из храма Святого благоверного царевича Димитрия при Первой градской больнице, а служба помощи «Милосердие» через тот же приход помогает с няней.

Я говорила с владыкой, задавала вопрос, смогут ли они взять его к себе в случае чего. У них при епархии есть детский дом, где могут жить такие тяжелобольные дети. Я уже морально подготовилась к худшему, и мой духовник, и владыка [Пантелеимон, епископ Орехово-Зуевский] сказали, что да, они помогут, возьмут его.

На сайте Change.org сотрудники «Дома с маяком» создали петицию «Закрыть уголовное дело против мамы неизлечимо больного ребёнка», за несколько часов её уже подписали более 11 тысяч человек. Эксперты фонда считают, что спасти Екатерину Коннову от уголовного наказания может только максимальная огласка.

Иногда социально незащищённые люди страдают от вмешательства государства, которое, казалось бы, должно их защищать. Недавно мы писали о видеоблогерах Джоне Клюкере и Тони Грибабасе. За этими псевдонимами скрывались жители Коми, двоюродные братья Эдуард Коробейников и Александр Нагорных. В июне 2018 года Коробейников попал в поле зрения прокуратуры: его обвинили в том, что он заставлял инвалида Александра, который получил травму мозга в аварии, выполнять во время трансляций задания за пожертвования. Эдуард отрицает, что причинял брату вред, и говорит, что просто зарабатывал, как мог, и заботился о родственнике. Теперь его лишили опеки и брат может навсегда остаться в психоневрологическом интернате.

В мае 2018 года московские полицейские задержали и заковали в наручники парня, который громко кричал на улице. Оказалось, что задержанный — юноша с расстройством аутического спектра, который из-за своих особенностей плохо справляется с эмоциями и с трудом взаимодействует с людьми. Поступок полицейских вызвал дискуссию в социальных сетях: как следовало поступать полиции.