Статистическая погрешность

Белая точка на подтормаживающем видео несется к земле, из-за большого угла падения кажется, будто это очередной метеорит. Сейчас мы знаем, что это был падающий Boeing-737, на котором разбились жена и дочь известного телеведущего Романа Скворцова, глава УФСБ Татарстана и сын президента республики. Все вместе  — 50 человек, оказавшиеся в центре огромного огненного шара, вспыхнувшего на месте крушения самолета.

Уже прошли почти сутки с момента катастрофы, кажется, в стране нет ни одного человека, не ужаснувшегося трагедии. Но президент Владимир Путин так и не сделал специального заявления.

За него говорил премьер Медведев. Кратко и по-деловому.

«У нас случилась трагедия вчера. В Казани разбился пассажирский самолет, погибло 50 человек. От имени правительства хотел бы выразить слова искреннего соболезнования всем близким погибших и предлагаю почтить их память», — сказал в понедельник Медведев на совещании с вице-премьерами.

Путин, как сообщают агентства, ограничился тем, что по телефону выразил соболезнования президенту Татарстана Руслану Минниханову.

Дежурная реакция на дежурное событие. Падения самолетов в нашей стране стало явлением обыденным, чем-то вроде землетрясений. Никакой трагедии нет, есть ритуальное действие, и каждый в России уже выучил алгоритм наизусть: семьи погибших получат по одному миллиону рублей,  психологи МЧС проведут свои «работы» с родственниками жертв, представитель СК Маркин возбудит дело, кто-то еще проверит топливо, аэропорты и обязательно усомнится в том, что экипаж разбившегося самолета был трезв.

Ну а как иначе? Это же Россия, у нас вечно что-то падает, разбивается, выходит из строя. Даже странно, чего это люди уже сутки обсуждают произошедшее. Если подходить масштабно, то ничего особенного не произошло. По данным сайта Aviation Safety Network, в 2012 году в России в авиакатастрофах погибли 57 человек, а авиакомпании перевезли 74 млн пассажиров, то есть риск гибели для пассажира равен 1: 1,29 млн.

Для сравнения, по данным ВОЗ, риск погибнуть в ДТП в России оценивается как 25,2 на 100 тысяч человек, то есть 1: 4 тысячам. Можно задуматься и о том, сколько  человек в России ежегодно пропадает без вести — их число достигает 100 тысяч. Получается, что  жизни 50 человек в 150-миллионной стране — это практически уровень статистической погрешности.

Но самолет разбился, и люди погибли. Сразу после трагедии «Первый канал» отменил воскресную трансляцию КВН, и в Twitter многие писали, что «ну вот,  из-за каждого самолета что ли теперь вещание менять?» Получается, что самолет самолетом, но Масляков по расписанию. Логика у возмутившихся была такая: если самолеты падают у нас регулярно, нечего тут истерию разводить. И национальный траур нам не к чему, обойдемся церемонией в рамках Татарстана.

Может, оно и так, но вопросы остаются. Например, почему сначала следователи говорили о том, что самолет задел крылом землю на втором круге посадки, отчего и разбился, а теперь на видео показано, что он падал практически вертикально и с довольно приличной высоты? Что у нас вообще с авиацией такое происходит, что разбиваются самолеты с президентом Польши или хоккейной командой в Ярославле?

Тогда,  в 2011 году, после трагедии в Ярославле привычный ход вещей, казалось, был нарушен. Трагедию комментировали практически все федеральные чиновники, обещая коренные изменения в авиационной отрасли. Президент Дмитрий Медведев сказал, что «ценность человеческой жизни здесь должна быть выше, чем особые соображения, включая поддержку отечественного производителя», власти грозились отозвать лицензии у 33 мелких авиакомпаний, оставив на рынке только гиганты, которые смогут следить за обслуживанием техники.

«Ситуация в области гражданской авиации в России должна быть радикально изменена… Проблема парка есть, и правительству, видимо, придется принять очень непростое решение», — говорил тогда Медведев.

В итоге, ситуацию в отрасли не изменили, а в Ярославской области людей взбаламутили. Через год после катастрофы в Ярославле «Единая Россия» проиграла выборы мэра, победителя-оппозиционера Евгения Урлашова, набравшего 69, 6 %, пришлось снимать с помощью обвинений в коррупции.

В Татарстане, Ярославской области и по всей России политические лидеры действуют исходя из обстановки. Нужно ли кому-то в Казани такое   брожение умов, как это было в Ярославле ? В Татарстане в  следующем году пройдут выборы в местный Госсовет. Сейчас там у «Единой России» 79 процентов, так зачем раскручивать трагедию и рисковать привычным раскладом сил? А самолеты будут падать всегда.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика

Сообщить об опечатке

Отправь текст нашим редакторам, и мы поправим в ближайшее время!