В Китае мусульман посылают в центры «перевоспитания». Судя по показаниям бывшей заключённой, это — концлагеря

В Конгрессе США выступила девушка по имени Михригуль Турсун. Она бывшая заключённая центра профессионального обучения и повышения квалификации в китайском регионе Синьцзян. По крайней мере, так эти заведения называют власти Китая. Но судя по показаниям Турсун, место, куда её периодически заключали на протяжении последних трёх лет против собственной воли и без каких-либо оснований, больше напоминает концлагерь.

Пользовательница фейсбука в длинном и шокирующем посте рассказала историю Михригуль Турсун — этнической уйгурки, родившейся в Китае. На протяжении последних десяти лет из КНР поступала информация о том, что людей мусульманского происхождения там репрессируют и ссылают в лагеря. Заявления Михригуль в Конгрессе от 28 ноября описывают ситуацию так, будто это действительно имеет место быть.

Власти Китая описывают лагеря в Синьцзяне как центры профессионального обучения и повышения квалификации и настаивают на том, что люди приходят туда исключительно по собственной воле. Государственное телевидение транслирует репортажи, в которых ученики сидят в чистых классах, изучают китайский язык и правовые дисциплины. Несмотря на то что все люди в учреждении имеют мусульманское происхождение, ни одна из женщин не одета в хиджаб, что означает, скорее всего, что в школах имеется определённый дресс-код.

Но реальность, которую описала Михригуль, мало похожа на картину, выдаваемую властями. В Китае особое отношение к представителям мусульманского происхождения, в частности к уйгурам. Людей этой национальности пытаются лишить идентичности и заставить отказаться от своего традиционного уклада. Преданность народа семье или вере не должны, по мнению властей, ставиться выше преданности Коммунистической партии Китая.

Для уйгуров на территории Синьцзяна действует особый режим. Чтобы переместиться из одного квартала в другой или купить еды — то есть совершить обычные рутинные вещи, — им необходимо пройти несколько чекпоинтов. Уйгуров могут запросто остановить на улице для обыска стражи порядка. На всех улицах установлены камеры распознавания лиц, и государство пристально следит за каждым человеком.

Михригуль Турсун родилась в Восточном Туркестане (официальное название Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая). В 12 лет её отправили учиться в школу в Гуанчжоу, подальше от родных мест, чтобы попытаться искоренить в девочке тягу к языку и культуре. После школы Михригуль окончила университет в Гуанчжоу, начала работать на международную компанию и уехала в Египет. Там она познакомилась с будущем мужем, а потом родила от него тройню. А затем, в 2015 году, Турсун захотела вернуться в Китай.

Проблемы начались уже в аэропорту. Девушку арестовали почти сразу и отняли у неё детей. В комнате для допросов у Михригуль пытались вызнать, с кем она встречалась в Египте и что там делала. Её заподозрили в шпионаже, и после этого жизнь уйгурки превратилась в ад.

С 2015 года девушку задерживали трижды. Её обривали наголо, пытали, отправляли в психиатрическую клинику и держали в заключении. Один из детей Михригуль погиб почти сразу после возвращения в Китай, а над двумя другими, как кажется матери, ставили опыты. У Турсун не было возможности вернуться в Египет, потому что полиция отняла у неё паспорт. В январе 2018 года девушку задержали в последний раз.

Михригуль раздели и поместили в гигантскую компьютеризированную машину. После обследования ей выдали робу с номером 54 — номером, который присваивают в Китае особо опасным преступникам. Девушке сказали, что число означает «Я — мертвец» и у тех, на ком стоит это клеймо, есть только два пути: либо пожизненное заключение, либо смерть.

После этого Турсун отправили в крошечную подземную камеру без окон, где уже находились сорок других женщин. Все заключённые были образованными профессионалами — врачами, учителями и инженерами. Из-за размеров комнаты узницами приходилось спать по очереди: как минимум десять или пятнадцать человек были вынуждены стоять. Они менялись каждые два часа. По всему периметру комнаты были установлены камеры, и каждый шаг женщин отслеживался надзирателями.

Всем заключённым давалась неделя, чтобы выучить распорядок лагеря, и две недели, чтобы зазубрить книгу о коммунистической идеологии. Одним из обязательных пунктов было прославление Коммунистической партии Китая.

Перед завтраком, который состоял из воды и чуть-чуть риса, мы должны были петь песни, прославляющие Коммунистическую партию Китая, и повторять такие строки на китайском: «Да здравствует Си Цзиньпин!» и «Снисхождение раскаявшемуся и наказание сопротивляющемуся».

Условия содержания в лагере, пытки и эксперименты выдерживали не все. Турсун рассказывала, что женщин заставляли принимать таблетки неизвестного происхождения и странную белую жидкость. После этих медикаментов люди теряли способность мыслить, истекали кровью. Некоторые умирали. За три месяца, которые Михригуль провела в заключении, погибли девять человек. По словам девушки, страшнее всего было ночью, когда надзиратели выволакивали из камер тела или перетасовывали узников между комнатами.

Самые ужасные дни наступали тогда, когда на моих глазах умирали сокамерницы. Ночи в лагере всегда были очень занятые — людей перемещали между камерами и выносили мёртвые тела.

На протяжении всего заключения Михригуль пытали, пытаясь выудить из неё признания в шпионаже. Девушке задавали одни и те же вопросы по кругу: что она делала за границей, кого она там знает, какая организация её финансировала. Поскольку Турсун не была вовлечена ни в какую политическую деятельность за рубежом, ей нечего было ответить. Так что её пытали, пропуская ток через всё тело, избивали и психологически запугивали.

Истязания не привели к желаемому эффекту, поэтому Михригуль решили выпустить. Ей сказали, что она может отвезти своих детей в Египет, но после этого девушка обязана была вернуться в Китай. Перед выходом из лагеря заключённой вкололи неизвестное вещество. Её заставили подписать заявление, текст которого также нужно было зачитать на камеру.

Я гражданка Китая, и я люблю Китай. Я никогда не сделаю ничего плохого Китаю. Китай меня воспитал. Полиция меня никогда не задерживала, не пытала и не допрашивала.

После этого Турсун уехала из Китая в США, с сентября девушка живёт в Вирджинии. 28 ноября она выступила в Конгрессе, рассказав все подробности содержания в «школе перевоспитания». После её речи в зале воцарилась мёртвая тишина, прерываемая лишь всхлипываниями Михригуль. Когда один из сенаторов спросил девушку, чувствует ли она себя в безопасности, находясь в Штатах, она не смогла ответить положительно. Турсун сказала, что до сих пор замечает за собой слежку людьми китайской наружности и попросила сделать что-нибудь, чтобы оградить её и других уйгуров от того, что происходит в лагерях Синьцзяня.

Читайте на Medialeaks: Хаски оставили на жутком пожаре в США. Он прошёл через ад и выжил, но теперь вовсе не похож на свою породу

В Китае пристально следят не только за людьми уйгурского происхождения. И камеры на улицах могут распознавать не только лица. Компания Watrix недавно начала тестировать новый инструмент слежки, узнающий людей по походке, и его будет тяжело обмануть, ведь силуэт и движения каждого человека уникальны.

А природа тем временем протестует против гаджетов и атакует Поднебесную империю песчаной бурей. Провинцию Ганьсу накрыли ветры из близлежащей пустыни Гоби, и, судя по видео, страны будто и не стало.