Меган Фокс рассказала о худшей части своей жизни. Во всём виновато «Тело Дженнифер» и её собственное тело

В честь юбилея фильма «Тело Дженнифер» Меган Фокс рассказала о том, как культовый ужастик превратил в ужасы её собственную жизнь. Внешность актрисы, в которую влюблялись миллионы людей, ей самой казалась проклятием. И спасение пришло с неожиданной стороны.

Меган Фокс — 33-летняя американская актриса, многим известная как Микаэла Бейнс в «Трансформерах» и Эйприл О’Нил в «Черепашках-ниндзя». Но некоторые фанаты уверены: главный фильм в карьере Меган — чёрная хоррор-комедия режиссёрки Карин Кусама «Тело Дженнифер». Там девушка сыграла ту самую Дженнифер, подругу главной героини. После жестокого убийства она превращается в демоницу-людоедку — пугающую, но необычайно красивую.

Фильм «Тело Дженнифер» вышел в сентябре 2009 года, и спустя 10 лет Фокс наконец-то согласилась рассказать журналистам всю правду о том периоде своей жизни. Оказывается, мечте миллионов мужчин роль в хорроре далась совсем нелегко. И дело даже не в сценарии, а в рекламе фильма и отношении людей.

К юбилею культового фильма Меган вместе с писательницей и сценаристкой Диабло Коди дала интервью Entertainment Tonight.

Меган и Диабло

Когда 18 сентября 2009 года «Тело Дженнифер» впервые увидели зрители, оно было встречено не очень хорошо. Отзывы критиков были смешанные, а кассовые сборы оказались значительно ниже, чем ожидали создатели фильма.

По мнению Коди и Фокс, причина этого — маркетинг. Люди, решившие продвигать фильм, сделали упор на его сексуальность и рекламировали «Тело Дженнифер» так, чтобы оно заинтересовало молодых мужчин. Историю, написанную женщиной и снятую женщиной с женщинами в главных ролях, позиционировали как развлечение для парней.

Мало того, что это не вполне соответствовало изначальной задумке авторов фильма, так это ещё и подорвало психическое здоровье Меган.

23-летняя актриса уже с трудом справлялась с постоянными обсуждениями её лица и фигуры, а маркетинговый план «Тела Дженнифер» стал ещё одной частью этого. Вместо того, чтобы дать девушке прийти в себя, ей по сути предложили рекламировать фильм своей внешностью.

Это был не просто фильм, это был каждый день моей жизни, как было с каждым проектом, над которыми я работала, и с каждым продюсером, с которым я работала. И это предшествовало переломному моменту для меня.

Все вокруг обсуждали «Тело Дженнифер», и всё сводилось к обсуждению тела самой Меган. И девушка просто не вынесла такого внимания.

Я думаю, у меня начался настоящий психологический срыв, и я просто ничего больше не хотела. Я не хотела, чтобы на меня смотрели, не хотела фотографироваться, не хотела сниматься для журналов и ходить по ковровой дорожке, я вообще не хотела, чтобы меня видели на публике.

Усталость от сексуализации превратилась в настоящее навязчивое состояние и даже паранойю.

Это были одновременно и страх, и абсолютная уверенность в том, что меня будут высмеивать, плеваться, кто-то будет кричать на меня, или люди просто будут бить меня камнями или ужасно критиковать меня из-за того, что я просто показываюсь в свете… Я пережила очень тёмные моменты после этого.

Примерно тогда же Меган одной из первых затронула проблему неправильного отношения к женщинам в Голливуде. Она жаловалась, что Майкл Бэй вместо советов на съёмках «Трансформеров» говорил ей «быть горячей» и «просто быть сексуальной».

Но движения #MeToo против сексизма и домогательств тогда ещё не было, и общественность не поддержала девушку.

Мне кажется, что я опередила #MeToo, я говорила и говорила: «Эти вещи происходят со мной, и это ненормально!» И все отвечали: «Ну и ладно, иди к чёрту. Всем плевать, а ты этого заслуживаешь». Ведь тогда все говорили о том, как я выгляжу, как я одеваюсь или как я шучу.

Из самого тяжёлого периода её жизни Меган вывело только рождение ребёнка. В 2012 году у неё и её мужа Брайана Остина Грина появился первый сын — Ноа.

Я думаю, мне нужно было забеременеть. Это был настоящий прорыв, моё сознание поменялось, восприятие расширилось, и я смогла взглянуть на всё это с высоты птичьего полёта и принять происходящее. А потом появился ещё ребёнок, и ещё — я чувствовала, что каждый раз это была словно дверь к лучшей версии меня.

В 2014 и 2016 годах у Меган родились ещё два сына — Бодхи и Джорни.

И актриса уверена, что её трое мальчишек — и есть её спасение.

Дети — это зеркала, которые показывают вам вашу тень, и вы должны посмотреть на неё и сказать себе: «Это я, и мне нужно признать это, вырасти и поменяться».

Кстати, критики частенько высмеивают сыновей Меган за то, что они иногда носят платья. Но актриса уверена: чтобы расти свободным и счастливым, ребёнок должен одеваться, захочет. И с ней согласна одна мама из Великобритании, которая решила растить своего малыша по похожим правилам. Кстати, такое воспитание вовсе не значит, что мальчик не знает, что он мальчик.

Что касается сексизма, из-за которого пострадала актриса, он часто кроется в мелочах. Так, недавно российские пользовательницы твиттера решили поделиться пунктиками своих парней. И их твиты пугают, ведь девушкам запрещали самые обыденные действия и вещи.

Читать далее