«Люди пользуются его добротой». Жена Ротенберга рассказала Tatler о бизнесмене

В новом номере журнала Tatler главной героиней стала Карина Ротенберг — супруга Бориса, одного из братьев Ротенбергов, которых называют друзьями Владимира Путина. Её фотография опубликована в том числе на обложке номера светского журнала, а в интервью она рассказала о знакомстве, характере и жизни одного из самых богатых и влиятельных людей страны.

1

— Карина, вы спросили мужа? Он разрешит вам дать интервью?

— Ксения, я —  самостоятельный человек. Муж не может мне что-то запретить или разрешить. Мы советуемся друг с другом, но не спрашиваем разрешения. Мы же не дети, — отвечает она журналисту.

37-летняя Карина Ротенберг — супруга 59-летнего бизнесмена Бориса Ротенберга. В этом году  журнал Forbes оценил состояние совладельца СМП-банка в $1 миллиард и поставил на 76 место в списке богатейших людей России. Вместе с братом —  Аркадием Ротенбергом и президентом Владимиром Путиным они в юности занимались дзюдо. Сейчас Борис Ротенберг — вице-президент Федерации дзюдо России.

Как пишет Tatler, основные резиденции Карины и Бориса Ротенбергов находятся под Москвой и в Монако. Однако встреча с супругой бизнесмена прошла на французской даче — в Провансе, в городе Мужен.

Борис Романович в Москве, работает, но незримо ­присутствует в гербе с затейливо переплетёнными буквами K и Б. Семейный вензель я замечаю не только на воротах и каменной стене обеденной террасы, но даже на вешалках, по которым наш директор отдела моды развешивает привезённые для ­съёмки платья, — пишет журнал.

Здесь находится дача, созданная специально для лошадей — Карина Ротенберг занимается конкуром и даже возглавляет Федерацию конного спорта Москвы. Здесь живут четыре лошади: Каскар, Strange Love, Катокки Кэнон и Уимблдон.

Карине Ротенберг тридцать семь, и в этом очень закрытом мире она своя. Постоянно в дороге, участвует в соревнованиях то там, то здесь. Только что вернулась с двух турниров под Миланом — в Горла-Миноре и Бусто-Арсицио. Неделя на то, чтобы отдышаться, сняться для нашей обложки, переделать кучу хозяйско-материнских дел. И поскакали дальше, в близлежащие Канны и Сен-Тропе. Но не лежать в шезлонге, а биться за Кубок Афины Онассис, — пишет журнал.

На соревнования они едут большой компанией — здесь коневозки, дети, собаки, тёща, сто чемоданов. Не нервничает ли в таких ситуациях Борис Романович?, — интересуется журналист.

Он у меня очень семейный. Умеет своей любовью всех оделить и объединить. Его хватает и на плачущих детей, и на потерявшиеся сумки. Мы с ним сошлись — вы уж простите за сравнение — как две половинки. Да, повстречались, когда у каждого за плечами уже был опыт отношений, но недавно я сказала Борису: «Не знала, что такое любовь, пока с тобой не познакомилась».

Борис много работает. И при этом интересуется всеми и всем. Один его сын играет в футбол, другой — Рома — в хоккей. Ещё муж поддерживает российский автоспорт. Даже на картинге всех мальчишек-гонщиков знает по именам. Они ему постоянно шлют какие-то фото, видео. Активно работает с ­дзю­доистами и футболистами. Иногда я думаю: сколько можно? Не потому, что мне Бориса жалко, – он этим живёт. Мне эгоистично хотелось бы, ­чтобы его хватало и на нас тоже. Но мама моя периодически напоминает: «Доброта — одно из качеств, за которые ты его полюбила». Просто бывает обидно, что люди этим пользуются, а я ничего не могу поделать.

Карина Ротенберг родилась в Санкт-Петербурге, много лет прожила в США, а с будущим мужем познакомилась восемь лет назад, в конце августа 2008 года. Она с родителями собиралась на Суперкубок в Монако — питерский «Зенит» играл с «Манчестер Юнайтед». Однако родители в последний момент не смогли поехать и отправили девушку одну. Там будущие супруги и познакомились через друзей Романа, старшего сына Бориса.

Ну Борис и Борис. Я ни о чём таком тогда не думала. Жила в Америке и вообще не знала, кто такие Ротенберги. Просто с ним сразу стало интересно и легко. Как будто сто лет знакомы. Уже спустя неко­торое время Боря мне сказал: «Когда мы встретились, я понял, что это ты — за ночь до этого видел тебя во сне».

Карина вернулась в Штаты, но вскоре у её порога объявился Борис Ротенберг — с кольцом.

Всё случилось быстро. Боря настолько был во всём уверен, что его уверенность передалась и мне. Я была в возрасте двадцати девяти лет, Борису исполнился пятьдесят один год, хотя выглядел он от силы на сорок пять. Это напоминало поиск своего коня: когда ищешь, сама не зная кого. И не можешь решиться. А Борис знал, кого искал. Очень скоро я поняла, что не могу без него жить.

В июле они расписались. Журнал пишет, что в тот день они были в загородном доме Ротенберга в Токсово, где он вырос.

— Всё, хватит, едем расписываться.

— Как расписываться? Куда? Мы же и заявления не подали. Это что же — все подумают, что я беременная? Нет, я не буду ничего подписывать.

Но выбора не было, пишет журнал. Одежда была та, что оказалась под рукой — тёмно-синий костюм, а загс был похож на строительный вагончик. Присутствовали всего пара друзей, шам­панское пили из пластиковых стаканчиков на капоте машины.

Спустя три недели, 2 августа они обвенчались в Преображенском соборе Санкт-Петербурга. К этому дню готовились заранее. Венцы держали сыновья Бориса.

Когда мы познакомились, я не собиралась за их папу замуж. Ну сыновья и сыновья. Отличные ребята. А потом… Конечно, это потребовало мудрости и от них. Многие годы Боря с Ромой были центром внимания, а потом вдруг всё немного изменилось. Хотя их отец всеми силами старался сделать так, чтобы никто этого не почувствовал. У нас очень дружная семья, она становится всё больше. Дети Бориса-младшего, дети Ромы. Когда все сидят за этим вот столом…

Героиня истории рассказывает, что они стараются собираться всей многочисленной семьёй на каждый праздник.

Считайте сами. Аркадий со своими старшими-младшими. Мы со своими. Детей намного больше, чем взрослых. Здорово! Мы стараемся не пропускать дни рождения друг друга. Постоянно вместе — то в Москве, то в Питере. Понимаете, Борина мама умерла, когда ему было пять лет. Он, наверное, недополучил материнской теплоты, и именно поэтому всех пытается одарить заботой.

В семье Ротенбергов мама строже папы, рассказывает женщина. Однажды ей даже пришлось просить Бориса не дарить детям подарки как только он прилетает — чтобы они ждали его, а не их.

Он согласился, стал строже. Хотя до сих пор, когда дети что-то просят, может отправить их за отказом ко мне. Не хочет быть плохим. Я  — строгая мама, но для меня самое главное, чтобы наши дети были добрыми, отзывчивыми и воспитанными. А ещё важно, чтобы они росли с животными и понимали, что о них нужно заботиться и любить.

Журнал Tatler часто публикует редкие интервью с супругами известных людей.

Например, бывшая жена Пескова Екатерина давала Tatler интервью, где рассказывает о том, что примеряет титул графини, сравнивает себя с «горящим факелом» и повествует  о своей жизни в центре Парижа, тусовке в Сен-Тропе и дружбе с потомками российских дворян. А её фраза из интервью «я думала, Дима другой» уже стала крылатой.

Этой весной в журнале Tatler вышел большой материал, посвящённый разводу Светланы и Фёдора Бондарчуков, с красочным описанием неудобств, с которыми пришлось столкнуться Светлане из-за переезда в квартиру площадью 300 квадратных метров на Патриарших прудах и необходимости снять отдельное жильё для платьев.

Не обходится и без скандалов. В октябре 2014 года статья дочери топ-менеджера ОНЭКСИМ Марии Байбаковой в Tatler о том, как нужно обращаться с прислугой, вызвала такую волну возмущения, что ей пришлось объясняться в фейсбуке. В тексте под заголовком «Увольнять прислугу надо быстро и при свидетелях» говорилось о том, что главная ошибка — «подружиться с кем-то из стаффа и начать воспринимать этого человека, как члена семьи», а также начать делиться с персоналом историями из своей жизни.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Еще по теме

Сообщить об опечатке

Отправь текст нашим редакторам, и мы поправим в ближайшее время!