Жена Павленского рассказала об отрубленном за измену пальце

Супруга художника, дело которого о поджоге двери в здании ФСБ на Лубянке сейчас расследует полиция, рассказала подробности совместной личной жизни с отцом своих детей.

В интервью «Радио Свобода» Оксана Шалыгина, жена художника Петра Павленского, рассказала об их совместной жизни, отношении к сексу, воспитании детей, быте и совместных занятиях политической пропагандой. Мы выбрали несколько ярких фрагментов из интервью.

Свободные отношения

На самом деле Шалыгина и Павленский состоят в отношениях, которые в русском языке принято называть «гражданским браком». При этом сам институт брака они отрицают, как и стабильные моногамные отношения в целом. Художник и его соратница, если пользоваться ее выражением, встречаются и с другими партнерами для секса.

«Взять, допустим, последний номер «Политической пропаганды» – мы делали его втроем, это был проект. Появилась девушка, которая стала нам симпатична, и мы стали вместе жить».

В основе отношений лежит доверие и дружба.

«Не может быть отношений, основанных только на сексе, – это неинтересно, неплодотворно и тормозит работу. А если мы разделяем идеи, если человек наш друг – он может войти в наш близкий круг. Мы не используем понятие «семья», потому что это социально-политический конструкт, который подразумевает собственничество и отказ от свободы воли. Мы говорим “близкий круг”».

Устоявшийся взгляд на отношения полов, согласно которому мужчина от природы более полигамен, чем женщина, Шалыгина считает предрассудком. Порой дело обстоит ровно наоборот.

«Женщины изменяют не реже. Если не чаще. Женщины зачастую первыми начинают искать другого партнера, если что-то не так с нынешним. Не задумываясь о том, что тоже далеко не идеальны».

Отрубленный палец

Несмотря на свободные отношения в паре, ревность окончательно изжить невозможно, хотя задача цивилизованного человека — держать ее под контролем. При этом, хотя сам по себе секс с другим партнером не является чем-то предосудительным, в отношениях важно доверие, поэтому обман или сокрытие правды — это предательство. Когда такое произошло, Шалыгина решила добровольно сама себя наказать.

«Слово – это все, что у нас есть.  Если ты сказал, ты должен соблюдать договоренность. С этим связана одна история. У нас с Петей уже были свободные отношения, но существовал договор все друг другу рассказывать. Я нарушила слово. После действия ты можешь сказать тысячу слов, но они уже не будут иметь никакого значения и веса. Я долго думала, как я могу соединить разорванную связь между реальностью и своим словом. И в какой-то момент поняла, что нужно сделать. Я отрубила себе палец. Назначила себе такую цену за нарушенное слово – две фаланги мизинца. Потом рассказала Петру. Он согласился. Так связь между действием и словом была восстановлена».

Это оказалось вовсе не так просто, как иногда выглядит в кино. Однако Шалыгина преодолела себя и свои инстинкты.

«Самое сложное было начать. Было напряжение. Потом начала – и уже дальше было понятно, только вперед. Когда отделила палец, просто стерла с себя кровь и поехала в травмпункт. <…> Не было боли. Мне было настолько больно внутри, что наступило освобождение в виде телесной боли. Я не мазохистка, просто было то назревшее, что нужно было отделить, удалить. Эти две маленькие фаланги – вся ложь, которая была в моей жизни: я ее убрала, и ее больше нет».

Быт

В квартире Павленского и Шалыгиной нет мебели и занавесок.

«Это минимум, который не отвлекает и не заставляет тебя хотеть большего. Люди перегружены вещами. Мебелью. Они хотят еще, еще и еще. Соответственно, попадают в ловушку потребления. Тебе кажется, что отстоять себя ты можешь, только покупая вещи, а для этого нужны деньги, соответственно нужно работать. Включается цепочка, попадаешься в ловушку –  и все».

Дети

Дети (их двое: Алиса и Лиля) были желанными для обоих родителей, Шалыгина считает их «естественным продолжением» совместных отношений. Занимаются детьми оба поровну, в зависимости от того, кому в тот или иной момент нужнее освободиться для других дел.

«Мы распределяем роли. Если нужно решить вопрос, и кто-то занят, его решает второй. Безусловно, дети требуют времени. У нас просто очень четко все поделено. Если у меня есть задача, которую нужно решить сейчас и быстро, то Петр, соответственно, освобождает меня от быта и детей. Если ему, то я беру на себя детей».

Дети, как считает мать, легко принимают тот образ жизни, который ведут родители. Это касается и отказа от бытовых излишеств, и свободных отношений.

«С детьми вообще классно все, потому что они – наши дети,  выросли с нами. Прекрасно знают контекст. Знают политическую ситуацию,  знают, почему мы именно так именно живем. Приятие – их естественная реакция: да! классно, здорово».

Пропаганда

Своим официальным родом занятий нигде не работающая Шалыгина считает «политическую пропаганду».

«Я главный редактор журнала «Политическая пропаганда». Это журнал о политическом искусстве, который мы делаем вместе с Петром. В какой-то момент мы ощутили сильный недостаток информации о политическом искусстве, о том, как оно представлено в мире. Мы решили компенсировать это упущение. Сначала это был интернет-проект, потому что у нас вообще не было денег. Потом появилась печатная версия. И так как мы за экономику дара, то сами находим деньги на печать, а потом раздаем журнал бесплатно».

«Бомбастика»

Соратница Петра Павленского рассказала об акции, которую организовала на открытии выставки Зураба Церетели в Петербурге в мае 2014 года. Тогда сам Павленский описал случившееся так: «Новая книга была представлена миру единственно соответствующим ситуации способом, а именно – извлечена из влагалища и втиснута в дряблые руки дочери главного приспособленца и самого продажного художника страны Зураба Церетели».

Речь шла о книге радикальных акционистов Александра Бренера и Барбары Шурц «Бомбастика».

«Церетели – проститутка, которая ложится под любой режим и хочет удовлетворить его максимально. Режим, соответственно, поощряет его премиями, деньгами и большими выставками. Сам он, к сожалению, не приехал. Была его дочка. Я вручила «Бомбастику», которую прямо там же достала из себя. <…> Она была, видимо, в своих розовых мечтах, стояла с цветами, довольная очень. Я извлекла «Бомбастику», вручила, она взяла, мы сфотографировались, я ушла».

 

 

По словам Шалыгиной, это было не больно, так как книга была маленькой.

10 ноября 2015 года Таганский суд Москвы по ходатайству полиции санкционировал арест художника-акциониста Петра Павленского по делу о вандализме, возбужденному после поджога входной двери здания ФСБ на Лубянке.

Полностью интервью с Оксаной Шалыгиной можно прочитать на сайте «Радио Свобода».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

реклама

Сюжеты

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика

Сообщить об опечатке

Отправь текст нашим редакторам, и мы поправим в ближайшее время!